Без малого шесть десятков лет работал Эренбург в литературе. Количество книг, написанных и изданных им за это время, далеко переваливает за сотню. И едва ли не каждая из написанных им книг была своего рода сенсацией, сразу оказывалась в центре читательских интересов, споров, дискуссий.
Миллионам читателей по всему миру знакомо имя замечательного российского и советского писателя Ильи Григорьевича Эренбурга: поэта и автора очерков, рассказавшего волнующую правду о борьбе республиканской Испании против германского и итальянского фашизма; автора больших историко-политических романов; пламенного публициста, чей голос неутомимо призывал к защите Родины в годы Великой Отечественной войны и звучал в послевоенные годы призывом к борьбе за мир и счастье человечества.
В годы Великой Отечественной войны Эренбург в ряду других советских писателей всем своим творчеством сражался за свободу и независимость Родины. Военный период стал знаковым этапом в творчестве Ильи Григорьевича, когда с особой силой проявился его талант публициста. Всего за период с 1941 по 1945 год советская и иностранная пресса опубликовала около двух тысяч статей Эренбурга. Разоблачение фашизма, раскрытие его сущности, моральное его уничтожение были основными задачами, которые он ставил перед собой в эти годы. Своими публикациями автор помогал познать врага, увидеть его наиболее слабые стороны, учил как бороться с ним.
Позднее коллега Эренбурга Константин Михайлович Симонов так характеризовал Илью Григорьевича: «С первых же дней войны сражаясь на страницах наших газет с фашизмом, Эренбург открыл свой собственный счет. Так во время войны мы обычно говорили не о писателях, а о снайперах, о людях прямого и смертельного действия. Но это с достаточной точностью применимо и к Эренбургу. И метафора, что Илья Эренбург - снайпер пера, не новая и не моя. А старая, солдатская, времен войны… На протяжении всех четырех лет войны мне довелось работать с Ильей Григорьевичем Эренбургом в «Красной звезде». Доводилось и выезжать вместе с ним на фронт, видеть, как он работал там. Как спрашивал и как отвечал на вопросы, как докапывался до сути военных событий, как стремился побольше увидеть своими глазами. Как неутомимо наполнял себя всем богатством фронтовых впечатлений, которые ему, вернувшись в Москву, предстояло в преображенном виде, через свои статьи отдать сюда же, обратно, на фронт, своим читателям».
О днях битвы за столицу Илья Эренбург писал: «Москва должна была стать последней победой Гитлера. Она стала его первым позором».
Эренбург дал очень точную характеристику бойцам партизанских (специального назначения) отрядов, созданных на базе Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН) войск НКВД: «Каждый боец в тылу у немцев стоит десяти. Он расчищает путь победы нашей армии. Он первый разведчик грядущей победы. Когда его спросят после войны: «Ты где воевал?», он только махнет рукой - он воевал впереди всех, в тылу врага!» В одном из номеров омсбоновской (бригадной) газеты «Победа за нами» Илья Григорьевич опубликовал рецензию на книгу стихов молодого поэта-фронтовика Семена Гудзенко, воевавшего в ее составе. В ней Эренбург высказал не только свое мнение, но мнение многих бойцов и командиров, написав такие строки – «Настоящие книги о войне еще вызревают в сердцах фронтовиков. Стихи С. Гудзенко - одна из первых ласточек. Гудзенко боец. Он участвовал в разгроме фашистов под Москвой. Тяжелое ранение бросило его в тыл, где он и написал свою первую книгу «Однополчане». Война в стихах Гудзенко - это грозное, суровое дело, где много крови, жестокого, и где человек находит в себе залежи высоких чувств».
Свидетельства Эренбурга, написанные в победном 1945 году, актуальны в наше непростое время, они перекликаются с событиями новейшей истории. Когда шли бои за столицу третьего рейха, Илья Григорьевич передавал суть происходящих событий: «На улицы Берлина пришли воины, много испытавшие. Иные уже пролили свою кровь на родной земле; как Антей, они приподнялись и пришли в Берлин. С ними пришли и тени павших героев. Вспомним все: зной первого лета, лязг вражеских танков и скрип крестьянских телег. Вспомним степи сорок второго, горький дух полыни и сжатые зубы. Вспомним клятву тех лет: выстоять! Мы пришли в Берлин, потому что крепкие советские люди, когда судьба искушала их малодушным спасением, умирали, но не сдавались. Мир теперь видит сияющее лицо победы, но пусть мир помнит, как рождалась эта победа: в русской крови, на русской земле…
Мы в Берлине: конец прусской военщине, конец разбойным набегам! Если все свободолюбивые народы могут теперь за длинным столом Сан-Франциско в безопасности говорить о международной безопасности, то это потому, что русский пехотинец, хлебнувший горя где-нибудь на Дону или у Великих Лук, углем пометил под укрощенной валькирией: «Я в Берлине. Сидоров».
В рассказе «Дороги Европы» есть такие слова: «Сколько горя принесли миру фашисты!.. Трусливы, отвратительны, душевно ничтожны преступники, которых судят в Нюрнберге. Я сидел неподалеку от них, и часами я старался разглядеть: что скрыто за их масками. Ничего, кроме придушенной свирепости и страха. Слов нет, - они мелки; но едешь из страны в страну, равнины сменяются горами, степи морем, и повсюду тот же мусор, та же зола, то же горе: эти мелкие злодеи совершили великие злодеяния…
Фашизм - чума, и если героизм Красной Армии уничтожил очаг эпидемии, то микробы еще существуют. Как бы ни маскировался фашизм, как бы он ни перекрашивался, как бы ни называл себя, он всегда отвратителен; этот яд опасен даже в гомеопатических дозах, а его еще кое-где отпускают ведрами. Гнусна и опасна идея расизма, безразлично, от кого она исходит и против кого направлена. Когда мысли людей обращены не к достоинствам или порокам человека, не к его общественной полезности, а к генеалогии - это злые семена срубленного дерева. Великое чувство - национальная гордость; но низки и жалки ее подделки…
Недоброжелатели долго, упорно противопоставляли Европу России; и вот с далекого востока, с берегов Волги пришли люди, которые спасли от фашистских вандалов и древние камни Запада и его будущее... Когда проезжаешь по дорогам Европы, по ее некогда пышным городам, исковерканным бомбами, снарядами или «факельщиками», мысль невольно обращается к кульминационному пункту пережитой миром трагедии: к Сталинграду - там спаслась Европа, там были решены судьбы и Праги, и Парижа, и Рима. Советская Россия стала в представлении народов понятием не только географическим или политическим, но и моральным. Все понимают, какая сила помогла людям пройти от Волги до Эльбы…»
Несмотря на большую отдаленность от нас событий по времени, произведения Эренбурга, несомненно, будут интересны и современному читателю, так как это летопись мужества и стойкости советских воинов, советского народа в дни тяжелых испытаний, которые автор создал по горячим следам, в огне событий.
Подготовил Виктор Магомедханов,
старший научный сотрудник Центрального музея войск национальной гвардии