Бесков Константин Иванович родился 18 ноября 1920 года в Москве. Заслуженный мастер спорта по футболу (1948 г.), Заслуженный тренер СССР (1986 г.). Большую часть карьеры игрока провел в футбольном клубе «Динамо» (Москва), за который выступал с 1941 по 1954 год. Чемпион СССР 1945 и 1949 годов, обладатель Кубка Советского Союза 1953 года. Участник Олимпийских игр 1952 года в составе сборной СССР. Выступал в нападении и обладал отличным ударом. Характеризовался как высокотехничный игрок исключительно комбинационного дарования.

В книге «Моя жизнь в футболе» Бесков вспоминал о периоде в своей биографии, пришедшемся на Великую Отечественную войну: «Мы, московские динамовцы, лидировали в сезоне 1941 года, но… началась война.

Те, кто служил в воинских частях, были немедленно откомандированы на места службы. Часть, в которой проходил службу я, базировалась в Москве, в Лефортове. С первых дней войны мы несли патрульную службу в городе, на глазах обретавшем совсем иной облик. Начались воздушные налеты гитлеровских бомбардировщиков, москвичи заклеивали окна бумажными полосами крест-накрест, витрины магазинов закладывались мешками с песком, на улицах появлялись противотанковые надолбы, в небе повисли серые колбасы аэростатов. Часто взвывала сирена, из репродукторов раздавалось: «Граждане, воздушная тревога!» В ночном небе перекрещивались лучи прожекторов воздушной обороны, разноцветные пунктиры трассирующих очередей зенитных пулеметов, возникали облачка от разрывов зенитных снарядов, и в фокусе прожекторных огней время от времени оказывался вражеский бомбардировщик, казавшийся с земли игрушечным серебристым самолетиком. Но он нес смерть. Горели дома, на которые падали фашистские «зажигалки» (алюминиевые бомбочки с горючей химической начинкой), разваливались целые кварталы под ударами тяжелых фугасных бомб.

В день первого воздушного налета на Москву погиб мой товарищ по команде московского «Динамо», искусный молодой футболист и хоккеист Сережа Черников. Он выбрался на крышу своего дома вместе с другими парнями, а вражеский самолет полоснул из пулемета, и пуля попала Сергею прямо в сердце. Он был чуть моложе меня. Мне тогда было двадцать.
Наша войсковая часть вошла в состав 2-й дивизии НКВД. Затем влилась в ОМСБОН - Отдельную мотострелковую бригаду особого назначения.

Очень быстро наступали оккупанты, Москва вскоре превратилась в осажденный город, который жил на скудном пищевом пайке, подчас без отопления, нередко без электрического освещения - то один район, то другой. 15-16 октября 1941-го тысячи жителей стали покидать Москву: в городе началась паника. Нашу часть, уже прибывшую к Рижскому вокзалу для отправки на передовую позицию, из-за этого срочно вернули и оставили до особого распоряжения нести патрульную службу в городе.

О делах нашей бригады ОМСБОН, о подвигах ее командиров и бойцов были впоследствии написаны книги и поставлены фильмы. Многим из ОМСБОНа было присвоено звание Героя Советского Союза. В этой легендарной бригаде образовалась целая часть, в которой воевали мастера и заслуженные мастера спорта. Не раз пересекали они линию фронта, ведя партизанскую войну против оккупантов, совершая дерзкие рейды в тыл фашистам.

Мне доводилось участвовать в разведке, которую наше командование высылало навстречу наступавшим гитлеровцам, чтобы уточнить их дислокацию, численность прорывавшихся к Москве мотоциклетных и танковых десантов. Запомнился первый наш выезд под командованием лейтенанта Рябоконя: на грузовике-полуторке мы, человек десять с винтовками и гранатами, выехали в район Химок, а затем продолжили движение к западу от этого поселка. Поездили-поездили, не встретили никого и благополучно вернулись. Я тогда подумал: хороша разведка - в кузове грузового автомобиля на шоссе, открытом для обзора со всех сторон… В следующие разведывательные выезды мы вели себя осмотрительнее, набираясь опыта.

Очень тяжелым стал для Москвы 1942 год. Хотя в битве под Москвой гитлеровские армии были частично разгромлены, частично отброшены к западу, столица переживала неимоверно трудные месяцы. Продолжались ежедневные воздушные налеты. Даже по рабочим карточкам выдавали предельный минимум продовольствия, а ведь были иждивенческие и детские карточки с еще более урезанными пайками.

Служба наша в городе, конечно, не шла ни в какое сравнение с боевой жизнью фронтовиков. Но приказ есть приказ, патрульные походы по находившейся на осадном положении Москве тоже были необходимы, и кто-то должен был их совершать».

Позднее в своей книге «Футбол: рекорды, парадоксы, трагедии, сенсации» участник Великой Отечественной войны, советский спортивный журналист, специалист по футболу К.С. Есенин, характеризуя Бескова и то время, писал: «Мало того, что мы «тезки». Родились мы в один год, он начинал играть в футбол в Таганском парке культуры и отдыха, а я – в Краснопресненском. И Константин Иванович Бесков олицетворяет в футболе для меня успехи моего поколения, моих друзей-товарищей, тех самых мальчишек, что, как в песне поется, «первыми ринулись в бой, мальчишки, мальчишки страну заслонили собой». Сколько их не вернулось! Талантливых футболистов и инженеров, поэтов и романтиков! Порой я вспоминаю своих товарищей по трибунам московского «Динамо» предвоенных лет. Нет Володьки и Юрки, нет Кольки и Кирки… А вот есть Константин Бесков, 1920 года рождения. И его успехи, его победы – это наши успехи. Это наши победы». 

Важную роль в ходе успешного турне московского «Динамо» по Великобритании сыграл Бесков, принявший участие во всех четырех встречах в Лондоне, Кардиффе и Глазго. На его счету было 5 мячей из 19, забитых в ворота британцев. Еще он стал участником по меньшей мере в 7-8 результативных комбинациях «Динамо».
После завершения карьеры игрока стал тренером. В разные годы тренировал московские ФШМ, «Торпедо», ЦСКА, «Локомотив», «Спартак», «Асмарал», луганскую «Зарю». Старший тренер футбольного клуба «Динамо» (Москва) 1967-1972, 1994-1995. С родным динамовским клубом  Бесков выиграл Кубок Советского Союза в 1967 и 1970 годах, а в 1995 году – Кубок России. Являлся старшим тренером сборной СССР (1963-1964, 1974, 1979-1982), тренером олимпийской сборной (1970, 1975, 1980).

В книге «Тренеры большого футбола» Л. Прибыловский дал такую характеристику Константину Ивановичу: «Человек огромной силы воли, железной выдержки, Бесков не терпит даже малейшего неуважения к футболу, малейшего проявления недобросовестности со стороны своих подопечных. Он доступен всякому, кто живет игрой, живет интересами дела. Но он откровенно крут и непримирим с теми, кто равнодушен к футболу. Естественно, такая жесткость далеко не всегда и не всех футболистов устраивает. Находятся жалобщики, находятся их покровители...»
Константин Иванович был награжден орденами Ленина, Дружбы народов, «Знак Почета» (дважды), «За заслуги перед Отечеством» II и III степени, Отечественной войны II степени, медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941‑1945 гг.».

Умер он 6 мая 2006 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве.

«Помимо наград и призов есть еще громкая, всенародная слава о Константине Ивановиче Бескове - нападающем в годы молодости, тренере в зрелые годы», - читаем в издании «Легенды отечественного футбола».

Подготовил Виктор Магомедханов,
старший научный сотрудник Центрального музея войск национальной гвардии, кандидат исторических наук