Советская стратегическая наступательная операция «Багратион» летом 1944 года по освобождению Белоруссии стала для гитлеровцев началом конца, хвалёная группа армий «Центр» потерпела такое поражение, после которого военная машина Германии уже не смогла оправиться. В результате двухмесячного наступления Красной Армии Белоруссия была полностью очищена от гитлеровцев, освобождена часть Прибалтики и восточные районы Польши. Был создан хороший задел для будущего продвижения вперёд. Общие потери немцев составили, по разным оценкам, от 400 до 500 тысяч человек, 160 тысяч было взято в плен.

Сообщения Совинформбюро об успехах Красной Армии и большом количестве пленных вызывали недоверие на Западе - командование английских и американских сил считало, что цифры эти значительно преувеличены, их цель - принизить роль союзников.

И тогда советское руководство приняло решение показать пленных всему миру - спустя три года после начала войны десятки тысяч немецких солдат прошли (как и мечтали) по улицам нашей столицы. Только это был не блестящий марш победителей, а жалкое шествие побеждённых.
И в этом заключался большой моральный успех и мощный пропагандистский ход руководства страны.

***
А ведь немцы так мечтали пройти по улицам Москвы... Немецкая кинохроника сохранила в истории парадные марши гитлеровцев по захваченным европейским городам и хвастливые речи Гитлера и его генералов о скором параде в Москве. Начальник штаба 4-й армии генерал Блюментрит писал: «...Москва вот-вот падёт. В группе армий «Центр» все стали большими оптимистами. От фельдмаршала фон Бока до солдата все надеялись, что вскоре мы будем маршировать по улицам русской столицы».

Гитлер, планируя нападение на Советский Союз, намеревался быть в Москве уже через две-три недели после начала войны. Плану наступления на советскую столицу гитлеровское командование дало название «Тайфун». В обращении к войскам перед наступлением говорилось: «Солдаты! Перед вами Москва! За два года войны все столицы континента склонились перед вами, вы прошагали по улицам лучших городов. Осталась Москва. Заставьте её склониться, покажите ей силу вашего оружия, пройдите по её площадям... Вперёд!»

Но молниеносной военной кампании не получилось - первые столкновения с нашими войсками показали: лёгкого продвижения на восток у немцев не будет. Гитлеровцы понесли потери, каких не было у них во время военных действий в Европе. Двухмесячная битва за Смоленск задержала их стремительное наступление на Москву, не всё гладко было и на других направлениях. Так что о скором военном параде в покорённой Москве, к которому в ведомстве Геббельса уже заготовили памятные медали и напечатали приглашения, пришлось забыть.

***

План мероприятий по конвоированию военнопленных через Москву был представлен на утверждение наркому внутренних дел 12 июля 1944 года. А чуть раньше в условиях строжайшей секретности в белорусских лагерях для немецких военнопленных начали отбирать здоровых, крепких и способных передвигаться пешком солдат и офицеров: с 1-го Белорусского фронта – 26 000, со 2-го Белорусского фронта – 5000, с 3-го Белорусского фронта – 29 000 человек. Пленных сосредотачивали на крупных железнодорожных станциях, а затем эшелонами отправляли в сторону Москвы. О цели перемещения не говорили. В столице прибывших на Белорусский вокзал немцев разместили в располагавшихся ближе всего и наиболее подходящих местах – на стадионе «Динамо» и на ипподроме. Несколько тысяч гитлеровцев разместили на территории кавалерийского полка дивизии имени Ф.Э. Дзержинского.

Был разработан план движения колонн. Первая группа пленных в количестве 42 000 человек должна была пройти по Ленинградскому шоссе, улице Горького, по часовой стрелке по Садовому кольцу до Курского вокзала. Вторая группа численностью около 15 000 человек – по Садовому кольцу против часовой стрелки от площади Маяковского, и закончить шествие в районе железнодорожной станции Канатчиково. В рабочих документах организация этого «парада» носила кодовое наименование «Большой вальс». Видимо, движение немцев по Садовому кольцу как нельзя точно подходило к теме вальса. В некоторых источниках название операции ассоциируют с популярным до войны одноимённым фильмом, который нравился руководству страны, мол, отсюда и название.
В Государственном архиве Российской Федерации сохранилась докладная записка народного комиссара внутренних дел Союза ССР Л. Берия в Государственный Комитет Обороны товарищу И.В. Сталину № 735/Б от 13 июля 1944 года, в которой первоначально предлагается начать конвоирование военнопленных через Москву в 9 утра 15 июля.

Но вскоре было принято другое решение. Возможно, это было связано с тем, что на эту дату фашисты наметили провести свой «марш побеждённых» в Париже – после высадки англо-американских войск в Нормандии немцам удалось взять в плен более 20 тысяч американских, британских и канадских солдат. Их-то и провели по улицам французской столицы.

Так это или не так, доподлинно неизвестно. Но 17 июля 1944 года в Москве пленных построили в две огромные колонны — 20 человек по фронту в каждой. Колонны, в свою очередь, разделили на «коробки» по 600 человек. Впереди первой коробки отдельной группой находились 19 генералов, за ними поставили множество полковников, за которыми выстроили других офицеров и далее - солдат.

Писатель Борис Полевой таким увидел этот марш. «Они шли широкими шеренгами по 20 человек. Шеренга за шеренгой сплошным непрерывным потоком. И когда голова этого потока повертывала на площади Маяковского, хвост ещё продолжал развёртываться на Ленинградском шоссе.

Впереди шли генералы. Немецкие генералы живут дольше немецких солдат, поэтому не исключено, что некоторые из них торжественно маршировали на берлинской площади в качестве покорителей Европы. На московских улицах «покорители Европы» выглядели очень неважно…

За генералами шли колонны офицеров. Огромные сплошные колонны. Грязные, оборванные, небритые и немытые, они напоминали скорее скопище бродяг, нежели офицеров регулярной армии. Им оставили их мундиры, их знаки различия, их ордена. Но и всё это не делало их похожими на офицеров. Что же говорить о солдатах, потерявших в дни драпа по Белоруссии всякий человеческий облик?

Сотни, тысячи москвичей стояли на тротуарах, на балконах, в карнизах окон, в трамваях и троллейбусах и даже на крышах трамваев и троллейбусов, наблюдая прохождение пленных… Взгляды их были полны ненависти, которая, как казалось, могла испепелить, но лишь изредка слышались в толпе выкрики…».

С обеих сторон колонны сопровождали всадники кавалерийского полка дивизии имени Ф.Э. Дзержинского с обнажёнными шашками и воины частей 36-й и 37-й дивизий конвойных войск НКВД с винтовками наперевес с примкнутыми штыками. Службой конвоирования руководил полковник И. Шевляков.

После прохождения по улицам Москвы и прибытия к назначенным пунктам, военнопленные немедленно погружались в железнодорожные эшелоны для отправки в лагеря. К 19 часам все эшелоны с военнопленными были отправлены к местам назначения.

***

«Парад побежденных» произвёл сильное впечатление. Он стал полной неожиданностью как для москвичей, которые услышали объявление о марше лишь утром 17 июля, так и для представителей дипмиссий союзных государств в Москве.

17 июля в газете «Правда» было опубликовано извещение от начальника милиции города Москвы комиссара милиции 2 ранга Романченко, в котором он доводил до сведения граждан, что 17 июля через Москву будет проконвоирована направляемая в лагеря часть немецких военнопленных рядового и офицерского состава в количестве 57 600 человек из числа захваченных за последнее время войсками Красной Армии 1-го, 2-го и 3-го Белорусских фронтов, указывались маршруты следования колонн и сообщалось, что движение транспорта и пешеходов по указанным маршрутам будет ограничено. Особо подчеркивалось, что «граждане обязаны соблюдать установленный милицией порядок и не допускать каких-либо выходок по отношению к военнопленным».

Посол Великобритании в СССР А. Керр в донесении министру иностранных дел Великобритании А. Идену 19 июля сообщал, что сотрудники посольства стали очевидцами двух процессий в составе около 57 000 немецких военнопленных, захваченных при проведении последних операций в Белоруссии. Непосредственная цель этих процессий заключалась в том, чтобы жители Москвы смогли своими глазами увидеть масштабы потерь Германии в людской силе в результате нынешнего наступления, и дабы показать всему миру, что советские сводки о массовом захвате военнопленных не были преувеличением.

Арчибальд Керр также отмечал, что «русские зрители вели себя как благовоспитанная и даже невозмутимая праздничная толпа. Они смотрели на бесконечный поток военнопленных с напряженным любопытством и удовлетворением людей, которые видят, что ненавистный враг получил по заслугам. Многие спокойно улыбались, лица других были полны горечи и отвращения».

***

Писатель Леонид Леонов о очерке «Немцы в Москве» писал:
«В особенности хороша была Москва 17 июля 1944 года. На сей раз Геббельс и его речистые канальи не прокричали на весь мир об этой знаменательной дате.
В этот день прибыла сюда в несколько облегчённом виде ещё одна армия, отправленная Гитлером на завоевание Востока. Её громоздкий багаж остался позади, на полях сражений. По этой причине немцы более походили на «экскурсантов», нежели на покорителей вселенной, и, надо признаться, за восемьсот лет существования Москва ещё не видала такого наплыва «интуристов».

Подготовил Сергей Колесников,
учёный секретарь Центрального музея войск национальной гвардии