Авиаудар стал полной неожиданностью для нацистов и мощным идеологическим стимулом для советских воинов. Новости об этом поднимали моральный дух солдат и офицеров на фронте.

Эта история начиналась так.

В ночь на 22 июля 1941 года небо над Москвой озарилось сотнями ярких огней - первый массированный налет фашистской авиации на столицу Советского Союза за месяц войны. Бело-голубые лучи прожекторов, раскачиваясь из стороны в сторону и перекрещиваясь, наконец останавливались, поймав цель, и двигались затем медленно и плавно, стараясь не выпустить ее. На земле беспрестанно сверкали багряные всполохи от дружных залпов зенитных батарей, и в воздухе то тут, то там вспыхивали шапки от разрывов снарядов.

Под заголовком «Налет немецких самолетов на Москву в ночь с 21 на 22 июля» газета «Правда» писала: «В 22 ч. 10 м. 21 июля немецкие самолеты в количестве более 200 сделали попытку массового налета на Москву. Налет надо считать провалившимся. Заградительные отряды нашей авиации не допустили основные силы немецких самолетов к Москве. Через заградительные отряды к Москве прорвались лишь отдельные самолеты противника. В городе возникло несколько пожаров жилых зданий. Имеется небольшое количество убитых и раненых. Ни один из военных объектов не пострадал. Нашей ночной авиацией и огнем зенитных батарей, по неполным данным, сбито 17 немецких самолетов. Воздушная тревога продолжалась 5 1/2 часов».

В ночь с 22 на 23 июля 1941 года налет фашистской авиации на Москву повторился. Враг бросил на столицу до 150 бомбардировщиков, хотя, как и в прошедшую ночь, достичь цели удалось немногим.

В одной из гитлеровских листовок, сброшенных на Ленинград, было помещено хвастливое заявление министра пропаганды Германии Й. Геббельса: «Если вы думаете, что вы сможете достойно защитить Москву и Ленинград от ударов с воздуха, то вы глубоко ошибаетесь. Сопротивляясь немецким войскам, вы обречены! Вы все равно погибнете под развалинами домов Москвы и Ленинграда! Вы не устоите перед ураганом немецких бомб и снарядов. Мы превратим Москву в пепелище, сровняем Ленинград с землей, а матросский Кронштадт покроется водою. Напрасны сопротивления. Напрасны!» Тот же Геббельс заявлял, что советская авиация разгромлена, а главнокомандующий люфтваффе Г. Геринг пообещал, что на немецкие головы больше не упадёт ни одна бомба. Именно тогда советским командованием и была окончательно утверждена разработанная ранее операция по нанесению бомбовых ударов по германской столице.

В конце июля 1941 года у адмирала Н.Г. Кузнецова и генерал-лейтенанта авиации С.Ф. Жаворонкова возникла идея бомбардировки Берлина силами морской авиации. В результате детальнейшей проработки вопроса выбор пал на 1-й минно-торпедный авиационный полк (мтап) Краснознаменной Балтики.

Морская авиация Краснознаменного Балтийского флота была наиболее подготовленной к боевым действиям, ибо сказывался опыт, полученный в зимней войне с Финляндией в 1939-1940 годах. Всего ею было произведено свыше 16 500 боевых вылетов, сброшены на военные объекты бомбы общим весом более 2600 тонн, на подходах к военно-морским базам поставлено 45 мин, уничтожено 65 финских самолетов. Потери же морской авиации Балтфлота составили 17 самолетов. Советское правительство высоко оценило боевые действия балтийских авиаторов. Три подразделения, в их числе и 3-я авиационная эскадрилья 1-го минно-торпедного полка, были награждены орденом Красного Знамени. Четырнадцать морских летчиков удостоены звания Героя Советского Союза.

В ночь на 8 августа 1941 года состоялся первый авиационный налёт на Берлин, осуществлённый силами 1-го минно-торпедного авиаполка (мтап) 8-й авиабригады ВВС Краснознамённого Балтийского флота с аэродрома Кагул о. Сааремаа (Эзель) Моонзундского архипелага. Объединённой группой из 13 (по другим источникам – 15) экипажей на максимально груженных крылатых машинах командовал полковник Е.Н. Преображенский. По маршруту шли на высоте 7000 м, температура за бортом достигала минус 46 градусов Цельсия, стекла кабин и очки шлемофонов авиаторов обмерзали, периодически пользовались аварийными кислородными приборами. Советские бомбардировщики точно вышли на обозначенные цели и сбросили свой смертоносный груз. После того как советские самолеты сбросили бомбы, по ним был открыт сильный огонь. Однако, все самолеты успешно вернулись на базу.

Немцы, оправившись от первого шока, были абсолютно уверены, что их бомбила английская авиация. Официальные германские источники сообщили о налёте в ночь на 8 августа на столицу Германии 160 английских бомбардировщиков и даже отчитались о шести сбитых. Англичане, в свою очередь, очень удивились этому, поскольку они в ту ночь из-за сложных метеоусловий вылетов не производили. Командование вермахта вынуждено было признать факт ночного авиаудара ВВС Красной Армии.

Итог этой операции подвела газета «Красная звезда» в номере за 9 августа 1941 года, опубликовав материал: «Налёт советских самолётов на район Берлина», в котором говорилось следующее: «В ночь с 7 на 8 августа группа наших самолётов произвела разведывательный полёт в Германию и бросила некоторое количество зажигательных и фугасных бомб над военными объектами в районе Берлина. В результате бомбёжки возникли пожары и наблюдались взрывы. Все наши самолёты вернулись на свои базы без потерь».

10 августа в газете «Правда» было опубликовано стихотворение С.Я. Маршака под названием «Загадочная история»:

«Седьмого несколько машин
Бомбили с воздуха Берлин.
Забрался Геббельс в свой подвал
И по привычке написал:
Машин английских сбито шесть.
В Берлине раненые есть».

— Как? — удивились англичане,
Проснувшись в утреннем тумане:
— Кажись, из наших ни один
Не залетал вчера в Берлин.
А если мы там не летали,
То немцы сбили нас едва ли!

И вдруг послышались слова:
«Вниманье! Говорит Москва!
Седьмого в ночь район Берлина
Бомбил отряд наш боевой,
И все советские машины
Вернулись в целости домой».

Услышав эту передачу,
Был Геббельс очень озадачен,
Его смутил вопрос один:
«Откуда взял я шесть машин?
Выходит, снова сел я в лужу —
И, к сожалению, в свою же!»

Таким был первый удар наших войск по Берлину в ответ на бомбардировку советской столицы.

Подготовил Виктор Магомедханов,
старший научный сотрудник Центрального музея войск национальной гвардии, кандидат исторических наук